 ЮБИЛЕЙ ГРУППЫ "АЛИСА"
Сегодня в редакции газеты "Аргументы и факты"
Константин Кинчев представив свой новый диск - "Сейчас позднее, чем ты
думаешь". Диск вышел в к 20-летию группы "Алиса".
Во вкладыше к нему есть и мой текст (основные тезисы из коего я озвучил и на этой пресс-конференции).
Сегодня в нашу церковь приходят двумя путями.
Одни люди приходят потому, что искали истину. Они искали Небо, а войдя
в Церковь, кроме неба обрели еще и землю - почву под ногами. Они искали
истину, а нашли свою родину. До крещения история и культура России
казалась им (и мне) скопищем несуразностей и ошибок. Но принятие
Евангелия дало возможность стать единомысленным с Андреем Рублевым и
Достоевским…
А есть люди, для которых первична не философия, а боль за свою Родину.
Они болеют за страну, мучаясь все время вопросами - кто мы такие,
откуда, зачем? И однажды они начинают понимать, что невозможно ответить
на эти вопросы, не разобравшись, что же такое православие. В поисках
земли они обретают Небо.
Но встречаемся все мы в одном месте - в храме. И вместе можем сказать о
себе словами кинчевской "Трассы Е-95": "Я иду по своей земле к Небу,
которым живу".
Наша вера предполагает, что нам интереснее безнадежные дела. Зачем
заниматься тем, что и так обречено на успех? Мы беремся только за то,
что обречено. И, случается, побеждаем. А Вы еще спрашиваете, почему
православие в основе своей авантюрно! Да противостоять сегодня исламу -
это такая авантюра: с нашим-то внутренним разбродом, с таким
изломанно-перевязанным инструментом! Особенно если учесть, что войну
ведь приходится вести на два фронта. В противостоянии исламскому
фундаментализму ведь надо еще предохраниться от зачатия своих,
"православных" террористов и инквизиторов. В русской церкви сегодня
немало людей, которые несут в себе семена нашего собственного
"ваххабизма". Ой, как верно поет Константин Кинчев: "Устоять на краю, да не пасть в самосуд, Вот такое дано - дело нам".
Песни Кинчева - это протест против потребительства. Материализма.
Банального примитивизма. Бестрагического понимания жизни. Беспросветный
оптимизм - вот их главный враг, я думаю. Разумеется, моя оценка не
должна быть глобальной. Я не могу сказать, что русский рок - весь из
себя такой хороший, белый и пушистый. Это не так, он очень пёстрый. Я
вижу по интернетовским дискуссиям: люди нередко цитируют весьма и
весьма антихристианские цитаты из каких-то рок-групп. Но если кто-то из
писателей - сатанист, из этого было бы поспешно делать вывод, будто у
Церкви конфликт с Союзом писателей. Рок - это просто средство, форма
объяснения человека с человеком о том, что наболело.
В определенном смысле грохочущий рок сродни молчаливой медитации. И там
и там внешний мир как бы отрезан, есть только я и то, думать о чем,
переживать что мне сейчас важно. В медитации молчание отрезает человека
от внешнего мира. В роке грохот оглушает, то есть делает то же самое:
внешнее, обыденное уже не пробивается. Но "медитировать", конечно,
можно о разном. Сходство техники не означает единства опыта.
Я не думаю, что если положить текст Кинчева на сладенькую мелодию, то он от этого выиграет. Совсем не выиграет.
Христианство не должно быть "сладеньким". В нем есть место и Божию гневу. А какая музыка лучше, чем рок способна это выразить?
Вот песня Кинчева об апокалиптических всадниках:
По имени - Рок,
По жизни - Звезда,
По крови - Огонь,
По судьбе - Борозда,
По вере - Любовь,
По религии - Крест,
По сути - Опричник Небес.
На Рыжем коне
Он движется в мир.
Рубцы городов,
Бородавки квартир
Врачует война,
Землю не уберечь,
Не мир он несет, но меч.
По имени - Суд,
По жизни - Обвал,
По крови - Баланс,
По судьбе - Ритуал,
По вере - Любовь,
По религии - Крест,
По сути - Опричник Небес.
Он движется в мир,
Его конь Вороной,
И зоркий дозор
У него за спиной.
Он враг полумер,
Он свидетель конца,
Имеющий меру Отца.
Все,
чем дорожит зверинец,
Меч
срежет с лица земли.
Так
меру вершит Кормилец.
Горькая правда - полынь,
Пока не многим знаком этот вкус.
И только этой горечи - болью сродни
блюз.
По имени - Свет,
По жизни - Закон,
По крови - Руда,
По судьбе - Перезвон,
По вере - Любовь,
По религии - Крест,
По сути - Опричник Небес.
На Белом коне
В мир движется он,
Победой овеян
Его легион.
Солдат - венценосец,
Спасителя лук,
Он принял в руки из рук.
Все,
чем дорожит зверинец,
Лук
перечеркнет стрелой.
Так
мир исцелял Кормилец.
Свет Откровения свят,
И тайну не вручишь словам,
Но я все же пою этот блюз
ВАМ!
Что я могу сказать? Недогматично, но здорово! Столь же недогматичны
были средневековые фрески Страшного Суда. Но свою педагагическую правду
они несли. Пробирало.
Но Константин Кинчев не только на тему Апокалипсиса поет. И его фраза
об смене тысячелетий как улыбке Творца есть как раз пример
замечательного проявления трезвости, не приемлющей всевозможные
"ужастики" по поводу календаря…
Я думаю, что у меня и у Константина Кинчева - при всем нашем возможном
разном разновкусии и несогласии в каких-то деталях - у нас есть одна
общая боль: нам больно, что в самой Церкви нет умения понимать и
терпеть это разнообразие языков. Как-то выходя из одного Дома Культуры,
где была моя лекция, две бабулечки-прихожаночки возмущались: "Ну как же
можно так в храме говорить!" Они забыли, что они не в храме, что это
была совсем не приходская проповедь, это не всенощное бдение. С другой
стороны, я был этому очень рад. Это означает, что я говорил так и о
том, что эта бабушка забыла, что она в театре, а не просто стоит у
своего подсвечника в церкви. Значит, какая-то церковная атмосфера все
же была создана. С другой стороны, поскольку были иные интонации, иные
способы контакта с аудиторией, ей это все же резануло по сердцу, вошло
в диссонанс с ее привычками.
Я понимаю ее раздражение. Беда в том, что очень многие не то, что
бабулечки, но и священники, и монахи не понимают необходимости
многоязычия в Церкви, многоязычия проповеди...
Светский язык не должен подменять церковного, но и церковный язык не
может быть универсальным. Мы не вешаем в храме картины - у нас для
этого есть иконы. Но это не означает, что мы должны сжигать картины
Джотто или Васнецова. У нас в храмах звучит наша музыка, наши распевы,
наш обиход. И немыслимо, чтобы в храме звучал "Реквием" Моцарта. Но это
не означает, что "Реквием" необходимо запретить исполнять во всех
других местах.
И, наверное, имеет право на существование язык обращения к людям через
эстрадную музыку. Тем более, что для тех людей, к которым обращается
Кинчев, слово священника отнюдь не авторитет. И мой духовник, когда я
еще решал, идти в семинарию или остаться в мире светской науки, очень
правильно сказал: "Иногда бывает, что если светский человек скажет одно
доброе слово о Христе, это будет больше значить для людей, чем
проповедь священника". В наше время одно доброе слово о Христе,
сказанное известным актером или ученым, литератором, одна реплика, одно
замечание значат больше, чем проповедь священника. Аргументы, звучащие
из наших уст, порой блокируются подозрением в лицемерии: "Ты поп, тебе
за это деньги платят, рассказывай свои байки, мы потерпим, мы понимаем:
человек же бабки себе делает как может"... Но когда человек, от
которого никто не ожидал, что он в эту сторону посмотрит добрым глазом,
говорит: "Вы знаете, лично для меня невозможно жить без Христа, без
Православия", - то это заставляет задуматься. И одна такая фраза в
устах Кинчева стоит больше, чем сто моих лекций.
И вообще в нынешнюю пору глобальной макдональдизации все те, кто
призывают мыслить, кто прорываются сквозь кольцо штампов, в конце
концов оказываются нашими союзниками.
Побывав в конце-концов на концерте "Алисы" ("Небо славян") я понял, что
рок - действительно мощное средство промывки мозгов, но в данном случае
это промывка мозгов от ТВ и рекламы. Надо видеть, как несколько тысяч
ребят шепчут (поют, скандируют) вслед за Кинчевым:
"След звезды пылит по дорогам,
На душе покой и тихая грусть.
Испокон веков граничит с Богом
Моя Светлая Русь".
В общем, я так скажу: если бы комвласти догадались в семидесятых годах
поддержать рок и вместо сладеньких "ВИА" нашли бы и взрастили группу
типа сегодняшней "Алисы" - мы не проиграли бы "холодную войну". Америка
нас не обыграла бы.
Да, в конце той песни, что я только что цитировал, Кинчев поет:
Что собирали отцы,
Нас научили беречь -
Вера родной стороны,
Песня, молитва да меч.
Так повелось от корней:
Ратную службу несут,
Всяк на своем рубеже,
Инок, воин и шут.
Кинчев на сцене - шут. Он сам так себя называет. Но стоит-то он на том
же рубеже, что и воины и иноки Руси. Он тоже защищает Русское
Православие, Светлую Русь. |
22: Гости
В условиях финансового кризиса Вооруженные силы Украины становятся центром стабильности. Об этом заявил министр обороны Юрий Ехануров. Он рассказал, что в этом году вооруженные силы будут фактически профинансированы на 9,4 млрд. гривен, что в условиях инфляции меньше, чем в 2007 году.
