1.4.08 20:47|"Если праведник беден умом, он проживёт без скорби" |
| Раздел: Отец Андрей Кураев| дьякон А. Кураев | Опубликовал:
admin | Рейтинг: 0.00 (0) Оценить | Хитов 24 |
 ЕСЛИ ПРАВЕДНИК БЕДЕН УМОМ, ОН ПРОЖИВЕТ БЕЗ СКОРБИ
Профессор Московского Свято-Тихоновского богословского института,
кандидат философских наук и кандидат богословия, автор многих книг и
статей на религиозные и философские темы Андрей Кураев сегодня - гость
нашего еженедельника.
- Вы часто говорите о красоте
православия, любовь к которому у вас очень глубокая и за которое вы так
мужественно стоите. Если все же открыть, за что вы его любите?
-
Во-первых, за то, что оно меня терпит. Во-вторых, я все же считаю себя
новичком в церкви. Я уже 15 лет крещен, но именно потому, что это для
меня не изначальный опыт, до сих пор делаю для себя множество открытий
в церковной жизни, в истории церкви, богослужении и в ее современной
жизни. И в себе, и в окружающих людях вижу немало недостоинства, и если
бы я не был убежден в правоте православия, дня бы в церкви не остался.
Я в церкви не потому, что умные книжки прочитал, а потому, что встретил
людей, благодаря которым православие живо и из которых свет Христов
струится.
Недавно побывал в 52-х городах России. И если раньше
считал, что Москва - это такая язва на теле страны, а свет зреет на
Востоке, где-то в глубинке, то теперь мое мнение изменилось. Нигде
сегодня нет более интересной, насыщенной церковной жизни, чем в Москве.
Она сейчас - самый церковный город России. В Москве наибольшее
средоточие зла нашей жизни, и здесь же такой свет, такой концентрации,
которой в других городах нет.
Сегодня главная проблема - найти
дорогу к церкви, войти туда, чтобы церковь была раскрыта к людям.
Святость - это уже дальше, дальнейший путь духовного восхождения. В
Москве есть множество удивительных инициатив. Это и православные
газеты, и православное радио, постоянные лектории. Есть священники -
замечательные проповедники, священники - ученые, духовники. У всех
разные таланты: одни умеют говорить, другие слушать. Может быть, даже
более редкий и ценный дар - умение слушать, а не говорить.
А
разве это не удивительно, когда приход, а не Патриархия создает
богословский институт?! Отец Аркадий Шатов организует при больнице
курсы сестер милосердия. Есть приходы, открывающие свои гимназии, дома
престарелых. В Москве у человека не может быть извинения: я не знал, не
мог узнать о православии. Здесь 300 церквей, сотни священников. И найти
нужных людей не проблема. И те наработки миссионерские, приходские,
которые есть, надеюсь, дойдут и до глубинной России.
Скажем,
если я не могу ответить человеку на какой-то вопрос, в котором не
компетентен, направляю его к православному ученому, и он даст
профессиональный духовный ответ. Если вы считаете, что некий физический
закон противоречит православию, идите в храм Николы в Кузнецах, там
служит отец Владимир Воробьев. Он кандидат физико-математических наук.
Поговорите с ним. Если речь о психологической теории, найдите отца
Бориса Нечипорова. Это практикующий психолог, психиатр по образованию,
поговорите с ним. Что-то в области медицины несовместимо с
православием? Вот вам отец Анатолий Берестов, доктор медицинских наук.
У вас вопросы по истории? Обратитесь к отцу Валентину Асмусу или отцу
Александру Салтыкову...
- Хочу спросить вас и о молодежи. На какие группы вы условно делите молодых?
-
Ни на какие. Свое общество я обычно молодежи не навязываю. Они сами ко
мне приходят. И та молодежь, с которой я общаюсь, - довольно
своеобразна. Я думаю, что это лучшие люди. У тех, кого я вижу, очень
добрые лица. Мы живем в парадоксальной стране; где старики безбожники,
а молодежь религиозна. Я хожу по Москве, езжу по городам в облачении
священнослужителя, и не было случая, чтобы даже спьяну какой-то
подросток или юноша меня обругал, а старики, бывает, с палками
набрасываются.
- Не кажется ли вам, что свобода, которая человеку дана, - это все-таки груз для него непосильный?
- Нет, не кажется. Господь не даст не по силам креста.
- Является ли, по-вашему, русский народ носителем православия?
-
Затрудняюсь в определении, что такое "русский народ". Русский - это
носитель определенной культуры, определенного взгляда на мир,
определенного стиля общения. Что же будет, если из него выкорчевать
остатки православной культуры? Кстати, даже советская культура в своих
лучших проявлениях оставалась православной: вспомните советское кино,
советскую романистику. И даже мультфильмы несли православный добрый
взгляд на мир.
На смену этому идет совсем другое. Окно в
будущий мир - это реклама. Ведь мир рекламы - это своя антропология,
совершенно особый взгляд на человека. Поразительная смесь дикого
физиологизма и примитивизма с невесть на чем основанной гордыней. Если
проанализировать рекламные блоки, то человек - это существо,
производящее грязь: перхоть, запах, всякие выделения. Но при этом - "я
этого достойна!". На все это накладывается определенная иерархия
ценностей - чего ты должен добиться в жизни, а что считать неудачей.
Если ты, падая, при этом какую-нибудь девку под себя не подмял - ты
неудачник. А вот правильно упасть - это очень здорово, бери от жизни
все и т.п. За этой психологией - вполне определенное мировоззрение,
которое тем более опасно, что навязывается исподволь, как сопутствующий
товар. Причем этот неназванный товар и является главным. Реклама
навязывает прежде всего определенное мировоззрение, а всякие там
прокладки и дезодоранты - это ерунда, не более чем повод поговорить о
главном. Когда детишки, воспитанные в этой технологии, вырастут, я
сильно сомневаюсь, что они будут русским народом. Даже если их язык
"всего" на 40 % будет состоять из англоязычных корней, привитых
рекламными лозунгами.
- Некоторые полагают, что 11 сентября
2001 года мы стали свидетелями решающего момента в реализации
глобального антихристианского плана.
- Видите ли, это -
конец эпохи, эпохи Просвещения, которая началась в XVIII столетии.
Лейтмотив эпохи Просвещения - свобода совести, свобода гражданина,
свобода личности. Соответственно, в течение всех 300 лет
предпринимались попытки мутировать ради этих ценностей традиционные
институты, то есть такие, в которых нечто надличностное имеет
преимущество над человеком. Это - семья, государство, церковь, просто
голоса обычаев и традиций. Что же произошло после 11 сентября? Те же
либералы сказали нам: знаете, а ведь и в самом деле есть ценности более
высокие, чем свобода самовыражения личности. Это жизнь, безопасность,
гражданское сообщество, империя (поразительно, сегодня в американской
прессе реабилитировано слово "империя"). И вот ради вашей безопасности
разрешите государству отобрать у вас ваши свободы. Позвольте
государству превратиться в "Большого Брата", который будет следить за
каждым вашим шагом и шагом ваших соседей. Учитесь жить голенькими,
обнаженными перед глазами видеокамер. Мне кажется, что и передачи типа
"За стеклом", идущие во всем западном мире, запущены ради воспитания
нового поколения в духе такого электронного нудизма: учись жить "под
колпаком" и не комплексовать из-за слежки. Когда я слышу "новости
глобализации", я вспоминаю надпись на проклятом "Кольце Всевластья" из
"Властелина Колец" Толкиена: "Чтобы всех отыскать, воедино созвать и единою черною волей сковать".
Как
легко певцы свобод готовы стать тиранами в случае прорыва к власти, я
видел еще в 1993 году, когда начались стычки между Верховным Советом и
ельцинской верхушкой. Мой знакомый, конечно, либеральный, редактор
"Московских новостей" вдруг сказал мне: "Знаешь, я должен признать свою
вину. Зря мы писали в былые годы, что бывают преступные приказы. На
самом деле преступных приказов не бывает. Офицер обязан исполнить
приказ, каков бы он ни был". Тогда всех волновал вопрос, будут ли
войска стрелять в толпу, которая требует сместить Ельцина. И те же
демократические журналисты, которые еще два года назад утверждали, что
офицер ни в коем случае не должен стрелять в народ, исполняя преступные
приказы, теперь, защищая свою власть, говорили: "Теперь стреляйте".
Судя
по тому, что похожая мутация произошла в Америке, свои люди оказались
там у власти. Задолго до Дж. Буша-младшего и, по их ощущению, надолго и
прочно. Поэтому думают они уже не о том, как прийти к власти или
удержать ее, не о разрушении традиционных и оппозиционных институтов.
Старый мир разрушен. Настало время строить свой, новый мир. Настало
время насаждать свою систему ценностей. По всей планете. И теперь
национальные и личностные суверенитеты уже не преграда.
В этом
новом мире христианство поначалу будет едва терпимо, а со временем
может дойти и до преследований. В 2001 году, сразу после 11 сентября,
тогдашний президент Европейского Союза (премьер-министр Бельгии) Ги
Ферхофштадт в своей статье против антиглобалистов с весьма отчетливым
осуждением сказал о "религиозных фанатиках, которые живут и умирают по
Библии или Корану". Знаете, когда глава Европейского Союза заявляет,
что жить по Библии неприлично, - это ужасный радикализм, - у
христианина есть основания, чтобы нервничать.
Современный
политолог Александр Неклесса сказал так: "В 90-е годы во всем мире
происходит явная передача власти от демократических институтов к
олигархическим". Что имеется в виду? Демократическая модель
подразумевает принятие решений по принципу: один человек - один голос.
Рост демократии в западном мире - это рост числа участников, допущенных
к процессу голосования. Но сейчас-то идет обратный процесс. Лишнее
отметается. Вместо ООН возникает МВФ, вместо СБСЕ - "большая семерка".
Действует принцип голосования финансовых компаний: одна акция - один
голос. Чем выше твои финансовые возможности - тем выше твой социальный
статус в современном мире. Поэтому голос американских нефтяных
компаний, действующих через господина Буша, гораздо более значим, чем
голос какой-то ООН. Главное - цены на нефть...
- Что вы можете посоветовать нам, журналистам?
-
Я вас об одном прошу: не занимайтесь вы уринотерапией! Это означает,
что если вам приходится работать в мире масс-медиа, то, по крайней
мере, хотя бы не живите им, не потребляйте его, не впускайте его в
себя. Человеку необходима защита от мира газет, от того мира, о котором
Цветаева сказала: "Читатели газет - глотатели пустот". Защиту от
газетной пошлости можно найти только в мире высокой культуры, в мире
классики. От газет надо спасаться в мире книг.
Несколько лет
назад М.С.Горбачев, уже не будучи президентом СССР, а будучи всего лишь
президентом фонда имени себя, собрал однажды тех, кого он считал
интеллектуальной элитой России, обсудить, как спасти русскую культуру.
Почему-то в компанию этих 15 человек он включил и меня.
У
разных людей были разные предложения. Когда дело дошло до меня, я
сказал, что у меня есть рецепт спасения России, и, главное, никаких
затрат на его реализацию не надо. Надо просто закрыть все факультеты
журналистики. Дело в том, что худшего образования, чем журналисты, не
получает никто. Они знают философию хуже философов, историю - хуже
историков, право - хуже юристов, экономику - хуже экономистов,
литературу - хуже филологов.
Кстати, интересный факт: в наших
храмах или люди с минимумом образования, или с максимумом. В Москве,
например, каждый десятый священник - выпускник МГУ.
- Обязательно, чтобы жизнь православного христианина сопровождалась страданиями?
-
Нет!.. Почему я так однозначно отвечаю? Потому что этот вопрос уже
задавали святому Григорию Богослову. И он ответил так: "Праведник может
прожить без скорбей, но только при одном условии - если праведник этот
беден умом". То есть если человек настолько беден умом, что он не может
учиться на своих страданиях, осмыслять их, переживать, Господь не дает
чрезмерных страданий.
- Вспомним слова Иисуса Христа "Если
кто не возненавидит отца своего и матерь свою, тот не достоин Меня".
Эти слова вызывают сегодня много возмущения: "Ваш Христос и ваше
Евангелие проповедуют разрушение семьи и ненависть!..".
-
Остановите на секунду эмоции. Никакой текст нельзя понимать вне
контекста. Скажите: Библия в ее целостности - это книга,
благословляющая семью и почитание родителей, или же проповедующая
разрушение семейных уз? Очевидно, что Библия - это очень семейная
книга, в ней царит подлинный культ брака. Люди, у которых не было
детей, считались несчастными и даже проклятыми... Значит, если мы не
хотим один библейский стих противопоставлять всему Писанию, то должны
найти более серьезное его истолкование.
Вспомните один всем
знакомый эпизод. В фильме "Семнадцать мгновений весны" русская
"пианистка" Кэт оказывается перед выбором - или она должна пожертвовать
своим новорожденным сынишкой, которого нацистский мерзавец Айсман
морозит (а что еще делать персонажу с такой фамилией!) на подоконнике,
или же предать Штирлица. В сердце Кэт сталкиваются друг с другом два
долга: долг материнский и долг офицерский (она ведь офицер Советской
Армии). Она понимает, что очень-очень много жизней сейчас зависит от
нее. Какую из своих обязанностей она предпочтет исполнить?.. До конца
эта сцена в фильме не разворачивается, но в принципе дается понять, что
Кэт все-таки предпочитает пожертвовать сыном (природным родством), но
исполнить свой гражданский долг. Обратите внимание: фильм был снят в
советскую эпоху, но с огромной симпатией и пониманием смотрится и до
сих пор, в совершенно иных условиях. И ни тогда, ни сегодня я не
встречал ни разговоров, ни публикаций, где бы возмущались: "А вы
понимаете, что проповедует этот фильм, - ради победы сталинизма он
призывает жертвовать детьми! Это же пережиток тоталитарного сознания,
это отрицание всякого гуманизма!..". Но не было и нет таких возмущений.
Что это означает? Что, по сути, у нашего народа (и церковной, и
нецерковной его части) есть согласие в восприятии этой сцены. Фильм
сделан настолько корректно, тактично, по-человечески убедительно, что
все согласились: "Да. Вот так, наверное, и надо было вести себя в этой
ситуации".
Ну, а теперь у меня вопрос: если в ситуации Кэт
нравственно допустимо пожертвовать ребенком ради Штирлица, почему в
случае выбора судьбы нельзя пожертвовать семейным покоем ради Христа?
Представим,
что с некоторой семьей произошла какая-то религиозная неудача: инерция
семейной традиции не допускает обращаться ко Христу. Но юноша расслышал
зов Христа, устремился к очень рискованному будущему, а родители
пеленают его порыв, требуют быть "как все". Что делать? Человек должен
решить, кто он прежде всего: "Я - сын своих родителей, я - их
отголосок, их плод, или я нечто самостоятельное?". Требование
природного родства, природной идентичности вступает в противоречие с
самопознанием человека, с попыткой отыскать свой путь. И вот, если отец
начинает кричать: "Как ты посмел, мерзавец, пойти в семинарию, когда
твой дедушка в армии Буденного воевал, а я член КПСС с 50-го года!" - в
таких случаях надо сказать: "Папа, я тебя очень люблю. Но чтобы между
нами все было хорошо, не убивай, пожалуйста, ту веру, ту любовь,
которая родилась сейчас во мне. Любовь ко Христу. А после этого, когда
ты отпустишь мое сердце, мы с тобой найдем общий язык". Человек должен
решить, что в нем важнее: его собственное имя или его отчество и
фамилия. Это выбор между прошлым и будущим, между происхождением и
призванием.
Путь брака тяжел по самой своей сути, потому что
создать семью - это значит пустить какого-то другого человека в самую
сердцевину своей жизни, жить уже не только ради себя, потерять какую-то
автономию. В этом смысле любая серьезная любовь, тем более брак, сродни
самоубийству: человек перестает жить для себя и в себе и начинает жить
для другого. Это очень тяжело и очень болезненно. И здесь церковь
честна - поэтому она и говорит о том, что семейный путь по-своему
мученический. И при венчании на головы молодых возлагаются именно
мученические венцы. И поэтому церковь, восхищаясь теми людьми, которые
вступают в брак, поет им: "Аллилуйя!". |
| |
|
44: Гости
В условиях финансового кризиса Вооруженные силы Украины становятся центром стабильности. Об этом заявил министр обороны Юрий Ехануров. Он рассказал, что в этом году вооруженные силы будут фактически профинансированы на 9,4 млрд. гривен, что в условиях инфляции меньше, чем в 2007 году.
