Обычный субботний вечер. Делать особо нечего. Тем более позвонили друзья и пригласили погулять. На следующей неделе мы должны были праздновать день рождения друга, который живет в Бирюлево Западном. Сами мы из Восточного. Вот и решили пройтись до его дома, чтобы в четверг найти дорогу без проблем. Тем более никаких преград, кроме железной дороги, не было. Встретился с друзьями в переходе под железной дорогой. Вот мы идем, никого не трогаем, заходим во дворы и встречаем несколько знакомых лиц. Все они оказались на «Западе» по одной простой причине. Как-то вечером, группа скинхедов избила их хорошего знакомого. Как выяснилось позже, это были скинхеды с «Запада». Решили показать «кто главный» у нас в районе. Пройдя чуть дальше, мы заметили бегущую толпу, состоявшую приблизительно из 80 человек. Молодые люди, находившиеся в толпе, были слишком агрессивными для того, чтобы разбираться кто откуда. Мы, как нормальные люди, решили отойти подальше от толпы и, развернувшись, пошли в обратную сторону. Рядом с нами шли ребята с тренировки, как выяснилось потом, им в среднем было лет по 16. Шли мы по дороге, которая соединяла дворы, но за нами ехала машина, и я, как законопослушный гражданин, уступил ей дорогу, встав на тротуар, а мои друзья ушли вперед. Получилось так, что я отстал от них. Когда проехала машина, я вновь пошел по дороге, И вдруг, неожиданно, меня подрезает ВАЗ 2106 бежевого цвета. Оттуда выбегает сотрудник милиции, хватает меня за руку и затаскивает в машину. Рядом оказались ребята, которые шли с тренировки. Недолго думая, милиционер пятерых ребят посадил вместе со мной. И вот все мы, 6 человек, сидим на заднем сидении автомобиля. Душераздирающая картина. Как только я оказался в машине, мне сразу позвонили друзья и спросили, куда я пропал. На что я ответил им, совершенно спокойно: «В отделение милиции еду». Во время поездки в отделение нам совершенно ничего не объяснили, а только попросили какие-нибудь документы. Я вытащил свой паспорт, еще два человека предоставили свои документы. Все они были зарегистрированы неподалеку от района Бирюлево Западное. Документы нам не вернули. Привезли в отделение. Проводили до дежурной части, где мы простояли около часа. Вышло такое совпадение, что 5 человек из 6, включая меня, были не русскими, а именно лицами кавказской национальности. Но об этом позже. Всё. Вот паспорта почти в наших руках, но тут в отделение заходят три подполковника и переговариваются с остальными. После чего, как вывод, прозвучали слова: «На допрос их!». Сверху спустился человек в гражданском, по всей видимости, «опер» из уголовного розыска. Указал на меня и еще одного молодого человека и проводил нас наверх, в отделение уголовного розыска. Там меня попросили объяснить, как я сюда попал. Я рассказал все в подробностях. Далее меня отвели в следующий кабинет, где я должен был написать объяснительную. Мне пришлось назвать свои данные и описать ситуацию, опер записал все с моих слов и попросил меня расписаться. Затем меня проводили в еще одну комнату, где попросили заполнить анкету. В ней, помимо стандартных вопросов про имя и фамилию, были и довольно необычные: цвет волос, цвет глаз, размер ноги, кличка и т.д. После всех процедур, меня попросили подождать в коридоре. Во время моего ожидания, а оно было довольно долгим, примерно около получаса, я увидел, что в другом крыле проходят мои друзья, с которыми мы сегодня встретились у той самой железной дороги. И вот, настала вновь моя очередь. Признаюсь, я немного перепугался, так как парень, который покинул комнату, вышел с грязными руками. Захожу в комнату, сажусь перед «опером». Он вводит все мои данные в компьютер. Это была очень длительная процедура. После чего он мне предложил встать к стене и повернуться в профиль, достал свой фотоаппарат и начал меня фотографировать. Затем попросил засучить рукава и начал снимать с меня отпечатки пальцев. Я перепугался. В итоге, после всех разбирательств, нам сказали, что без родителей мы уехать не сможем, так как время было позднее, где-то начало одиннадцатого. Нам разрешили позвонить родителям домой и вызвать их в отделение. Моей маме, конечно же, все это не понравилось. Пока я ожидал ее, меня отвели в актовый зал, а там, к моему великому удивлению, сидели все мои друзья. Они рассказали мне, что поехали за мной в отделение. Во время того, как они стояли около ворот, подъехала машина с тонированными стеклами и забрала их в отделение без объяснения причин. Но вот я услышал голос мамы. Она, как борец за справедливость, примчалась с другими родителями, и в отделении все сразу же стали добрее. Родители требовали объяснений, на что сотрудники милиции отвечали, что все их действия вполне правомерные, так как мы сами согласились на все это. Добровольно приехали в отделение, фотографировались и давали отпечатки пальцев. Совершенно спокойно говоря о том, что это просто так, «для галочки». Нас час еще продержали в отделении, и только потом отпустили домой. Помимо того, что мама все высказала о нашей милиции, она на следующий день позвонила в Мэрию города Москвы, в специальный отдел, в котором помогают разбираться в подобных ситуациях. Через день ее вызвали в ИЛС (инспекция личного состава), но, по-видимому, ее жалоб и показаний не было достаточно.
Я находился в школе, в кабинете завуча (мы обсуждали вопрос о школьной газете). Вдруг мой телефон завибрировал. Я поднял трубку и услышал голос молоденькой женщины. Она мне объяснила, что я должен подъехать к ним и рассказать все подробно. Этим же вечером я направился на Коломенскую вместе с мамой. Там я, уже в который раз, рассказал о происшедшем в мелких подробностях. Они пообещали нам, что обязательно разберутся с этим недоразумением и вышлют нам ответ в письменной форме.
Прошло 2 недели и нам позвонили из Мэрии. Трубку взяла мама. Ей объяснили, что в тот субботний вечер группа молодых людей, по-видимому, скинхедов, хотели организовать драку. Еще ей объяснили то, что сотрудники милиции поймали банду зачинщиков, состоявшую из 6 человек, во главе которой стоял Сергей Саркисян, то есть я. При всем уважении к работникам Мэрии, мама засмеялась прямо в трубку…
Все же через месяц нам пришло письмо с извинениями за неудобства, доставленные маме и нашей семье, и с просьбой понять такие действия нашей милиции.
Рассказывая об этой истории, я всегда с юмором говорю, что теперь меня стоит бояться. Во-первых, потому что я главарь банды, а во-вторых, я «скинхед».
Чего только не узнаешь в этой жизни. А наша «доблестная милиция» делает нашу жизнь намного веселей.